Бейтсонианский анализ
Бейтсонианский анализ ценностных иерархий в трансформирующейся России.
Бейтсонианский анализ ценностных иерархий в трансформирующейся России
Последние 25 лет в России - период беспрецедентных исторических изменений. Завершение попытки реализовать коммунистический "проект", распад Советского союза, провалившиеся попытки выстроить в стране общество по западноевропейскому образцу... В условиях тотальной социальной трансформации и отсутствия каких-либо «реперных точек» многомиллионное население пыталось выработать адекватные паттерны поведения. Текущим историческим итогом, как представляется многим сторонним наблюдателям, оказалась неспособность России воспринять западные социальные институты, обеспечивающие демократическое, экономически эффективное и стабильно развивающееся общество. Одновременно с этим, драматическими последствиями реформ оказалось резкое снижение рождаемости и увеличение смертности, ухудшение уровня здоровья, снижение качества образования и культурного уровня, снижение благосостояния большинства граждан страны.
Роль ценностей в процессе трансформаций
Всякий внешний "дизайн" изменений (реформ) либо предполагал наличие у населения системы ценностей, соответствующей западноевропейским образцам (в духе «протестантской этики»), либо вообще игнорировал вопрос об определяющих поведение ценностных ориентациях. Однако, как показывает Г. Бейтсон в ряде своих антропологических исследований, вопрос о ценностях является определяющим для социальной динамики, а сами системы ценностей могут существенно отличаться от общепринятой на Западе.
Для понимания того, каким именно образом осуществляются массовые выборы и поддерживаются ключевые социальные институты, для детального понимания прошлого (в т.ч. провалов реформ) и осознания перспектив будущего необходим анализ структуры (и, по возможности, содержания) ценностных иерархий (ЦИ) и связанных с ними понятийных схем (ПС), широко распространенных в России. Свойства конкретной организации и содержания ЦИ задают, по сути своей, уникальные характеристики любой (в том числе и русской) этническо-культурной общности ("национальный характер"). Анализ ЦИ показывает потенциал и ограничения их развития (подобно тому, как генотип содержит в себе разнообразие фенотипов).
Поведенческие паттерны и ценностные иерархии
Минимальная структура поведенческих паттернов
Минимальная структура поведенческого паттерна задается следующей триадой:
- действие, т.е. определенный тип индивидуальной активности или ее альтернативный выбор (в бинарной альтернативе "делать" - "не делать")
- контекст действия, т.е. определенный социальный и природный контекст активности, связанный с наличием альтернативы выбора и определяемый по так называемым маркерам контекстов
- смысл действия, т.е. соответствующая данному паттерну интериоризированная (экзистенциальная) ценность, имеющая репрезентацию на вербальном уровне
Данная триада на уровне индивида является самостоятельным паттерном.
Мы видим, что эта триада соответствует знаменитому вопрошанию, установленному римским правом для исчерпывающего понимания ситуации преступления: что? где? когда? кому выгодно?
Что? или Что происходит?: описывает собственно активность, напр. определенные движения тела, определенный набор произносимых слов и т.п.
Важно отметить, что активность любого организма (как реакция на стимул) формируется с учетом существенной полушарной асимметрии головного мозга, позволяющей утверждать существование "двух мозгов" (левого и правого полушарий). Каждое из полушарий может выработать свой возможный ответ на ситуацию, обусловленную стимулом и контекстом. Тем самым, для любого контекста и стимула организм может сформировать альтернативу: активность 1 (левополушарная) <-> активность 2 (правополушарная). В предельном случае амбивалентность активности не формируется, и альтернативой действию, предлагаемому одним полушарием, является бездействие, предлагаемое другим полушарием.
Где? Когда? или Каково пространственно-временное окружение события?: фиксирует контекст, в котором происходит активность: определенные регулярно воспроизводимые природные и социальные характеристики окружающей среды
В начале есть только что-то вроде "окружения" (среды физического существования). Контекст становится контекстом по мере помещения в него организма, который немедленно начинает процесс выбора подходящих видов активности в этом "окружении", и тем самым превращает/"размечает" факт существования контекста.
Кому выгодно? или Зачем? Каков смысл?: описывает то значение, которое придает сам актор выполняемому им действию.
Здесь важно отметить, что "смысл" понимается в кибернетических исследованиях достаточно широко. Как правило, говорится о смысле как о семантике - напр. "смысл текста". В данном случае "смысл" имеет строго экзистенциальное значение - действием решается какая-то регулярно возникающая проблема индивидуального существования. Таким образом, "смысл" действия всегда экзистенциален и в этом смысле увязан с общим "смыслом жизни".
Образование ценностных иерархий
На существование иерархических структур ценностных систем указывал ряд исследователей (Шеллер, Эверетт, Маслоу и др.). Нам представляется, что наиболее адекватно проводить исследование структуры и содержания массово принятых ЦИ в контексте представлений Г. Бейтсона о логических категориях обучения.
Можно выделить то, что Бейтсон называл связующим паттерном или метапаттерном - паттерн, определяющий увязывание независимых поведенческих триад в упорядоченные (определенным образом для каждого индивида) иерархии.
Ценность как "экзистенциальный смысл" представляет собой вербальный маркер процесса удовлетворения определенной потребности. Простейшие потребности - это индикаторы дисбаланса тела, его запросы на восстановление организмического гомеостаза. В процессе обследования окружающей среды организм выясняет, что некоторые простейшие потребности напрямую не удовлетворяются. Начинается формирование "обходных путей" (стратегий удовлетворения потребностей, заданных цепочками действий), и каждое дополнительное действие может образовать дополнительную (инструментальную) потребность, а вербальный маркер удовлетворения этой потребности - соответствующую ценность. Какие-то "обходные пути" достаточно стандартны и проходят через одни и те же "фокусные точки". Соответственно, иерархии образуются именно в смысле "потребность для потребностей для потребностей...".
Огромное количество разнообразных потребностей, которыми организм оказывается наделен, сталкивается с проблемой ограниченных ресурсов (временных и материально-энергетических). Установление приоритетов в удовлетворении потребностей - это необходимая адаптивная реакция, связанная с дисбалансом условного "спроса" и "предложения" возможных видов активности. Таким образом, происходит иерархическое упорядочивание поведенческих паттернов. В процессе удовлетворения потребностей организм нуждается в систематизации, в создании индивидуальной эпистемологии средств и процессов достижения различных потребностей.
Ценностные иерархии как инструмент социальных исследований
Существенным аспектом эксплицитного исследования массово распространенных поведенческих паттернов является наличие надежных методов социальной диагностики, в том числе диагностики ценностей.
В социологических исследованиях остро стоит проблема адекватного проведения замеров с использованием интервью. В литературе широко обсуждается трудность формулирования вопросов без (зачастую бессознательных) попыток манипуляции мнением субъекта или проекции на него определенной понятийной системы, в которой даются ответы (Садмен, Бредберн, ...). Однако эта проблема гораздо шире, и связана она с фундаментальными трудностями межчеловеческих коммуникаций, в т.ч.:
1. невозможность "нейтральной коммуникации" или "коммуникации о фактах" без вовлечения отношений между интервьюируемым и интервьером (в т.ч. "власть интервьюера")
2. невозможность отделения друг от друга вербальных и невербальных сообщений
3. невозможность четкой фиксации контекста коммуникации (напр. "игры" интервьюируемых, которые хотят казаться иными, чем они есть на самом деле)
Триада, содержащая в себе вид активности, контекстуальные маркеры и маркеры маркеров контекстов – достаточным образом описывает наблюдаемые индивидуальные и массовые поведенческие паттерны. Совокупность таких триад, образующая упорядоченную иерархию, является дагностическим инструментом для экстраполяции прогноза изменения поведения отдельных индивидов и больших социальных групп.
Анализ трансформации ценностных иерархий в России на протяжении последних 25 лет
Методика анализа
На основании инструментария исследования ЦИ могут быть проанализированы следующие принципиальные вопросы, дающие понимание неудачам в осуществлении социальных преобразований пост-советского периода, пост-реформенным структурным кризисам и растущему разочарованию в отношении России среди западных наблюдателей
К сожалению, социологические замеры реального общественного мнения в СССР практически не проводились (а в тех случаях, когда это делалось, результаты не становились достоянием широкой научной общественности). Поэтому мы вынуждены отталкиваться от косвенных индикаторов, представленных в работах ряда советских социологов. В своем описании мы также опираемся на результаты опросов, проводимых Фондом Общественное Мнение (ФОМ, 2006), а также на исследования, выполненные в рамках анализа стратификации советского общества (Рывкина, Заславская, 1991).
Ценности общественного воспроизводства
относительное изменение в массовой распространенных ЦИ положения ценностей, обеспечивающих стабильное воспроизводство страны (ценность деторождения, ценность образования, ценность накопления богатства);
Ценности общественной трансформации
изменения ценностной иерархии, связанные с распадом Советского Союза и дальнейшей историей Российской Федерации (как бывшего «ядра» СССР);
Ценности отношений на оси Россия-Европа
изменения положения в массово распространенных ЦИ ценностей, связанных с отношениями между Россией и Западом.
Заключение
Подчеркивая необходимость смещения акцентов от обсуждения тех или иных политических мер к предшествующему этому обсуждению анализу ЦИ, мы предлагаем изменить эпистемологию социальных исследований и стратегических решений. Подобное изменение может содержать в себе явные выгоды, особенно для стран, существенно отличающихся от Западной Европы по распространенным паттернам поведения, и для стран, находящихся на этапе быстрых исторических изменений.