Романтическая любовь — форма симбиотического союза, подмеченная в человеческом обществе и отраженная в произведениях литературы и искусства, а также выделенная в работах Эриха Фромма и Роберта Стернберга.
Романтическая любовь — форма симбиотического союза, подмеченная в человеческом обществе и отраженная в произведениях литературы и искусства, а также выделенная в работах Эриха Фромма и Роберта Стернберга.
Фромм и Стернберг трактуют романтическую любовь как незрелую, вырожденную (не имеющую всех компонентов) форму любви, характеризующуюся следующими свойствами:
«Без любви человечество не могло бы просуществовать и дня. Однако ж, если мы называем достижение межличностного союза любовью, мы сталкиваемся с серьезной трудностью. Слияние может быть достигнуто различными способами, и различие их имеет не меньше значения, чем то общее, что свойственно различным формам любви. Все ли они должны называться любовью? Или мы должны сохранить слово „любовь“ только для особенного вида единения, которое имеет идеальную ценность во всех великих гуманистических религиях и философских системах прошедших четырех тысячелетий истории Запада и Востока?
Как и во всех семантических проблемах, ответ может быть только произвольным. Важно, чтобы мы знали, какой вид единения мы имеем в виду, когда говорим о любви. Или мы имеем в виду любовь, как зрелый ответ на проблему существования, или мы говорим о незрелых формах любви, которые могут быть названы симбиотическим союзом. На следующих страницах я буду называть любовью только первую форму»[3].
«В противоположность симбиотическому единению зрелая любовь это единение при условии сохранения собственной целостности, собственной индивидуальности»[3].
В работах Эриха Фромма «Бегство от свободы» (1941) и «Искусство любить» (1956), а также других работах этого автора проведено фундаментальное исследование природы любви.
По мнению автора, настоящая любовь должна блистать не только эмоциями, но и волей:
«Дело обстоит вовсе не так, как предполагает идея романтической любви: что существует только один человек на свете, которого вы можете полюбить, что найти этого человека — величайшая удача в вашей жизни и что любовь к нему приведет вас к удалению от всех остальных людей. Любовь такого рода, которая может относиться только к одному человеку, уже самим этим фактом доказывает, что она не любовь, а садистско-мазохистская привязанность. Возвышающее утверждение личности, заключенное в любви, направлено на возлюбленного как на воплощение всех лучших человеческих качеств; любовь к одному определенному человеку опирается на любовь к человеку вообще»[5].
По мнению (1986, 1988) Стернберга (Robert Sternberg), любовь имеет три составляющих (Triangular theory of love):
At this same ancient feast of Capulet’s
Sups the fair Rosaline whom thou so lov’st;
За ужином и Розалина будет -
Красавица, любимая тобою.
Но вот он видит более красивую Джульетту:
Did my heart love till now? Forswear it, sight!
For I ne’er saw true beauty till this night.
И я любил? Нет, отрекайся взор:
Я красоты не видел до сих пор!
1. дофамин.
2. фенилэтиламин.
3. тестостерон (в основном у мужчин) и 4. эстроген (в основном у женщин)
5. окситоцин
Именно в этой последовательности они появляются в крови влюбленного человека. Здоровье. Исцеление любовью.
«К минусам этого рассмотрения относится чрезмерное упрощение, рассмотрение только одного пласта всего комплекса любовных переживаний и игнорирование всех остальных. Эта теория плохо работает при описании более зрелых взаимоотношений, а также не учитывает роль личности в любви и особенностей культурной среды, в которой развиваются любовные отношения.
Самый главный минус — это определенный пессимизм, ведь из физиологического рассмотрения любви неумолимо следует, что любовь коротка и неизбежно умрет. То, что когда было жарким пламенем, через несколько месяцев превратится в золу». Любовь земная или огонь в крови
If you can dream — and not make dreams your master;
If you can think — and not make thoughts your aim;
И если ты своей владеешь страстью,
А не тобою властвует она,
Редьярд Киплинг. If
«Труднее всего в искусстве любви к себе достичь осознания, сколько ненависти скрывается внутри тебя, ненависти к жизни, ненависти к себе самому, а после того, как это открыто, понять глубинные причины этого и, разобрав, затем, их одну за одной, принять решения, в каждом случае свои, любить, а не ненавидеть». (Антонио Меркурио. «Экзистенциальная антропология и персоналистическая метапсихология»)
«Личностью является тот, кто способен любить себя, любить других и быть любимым, оставаясь свободным» (Антонио Меркурио. «Экзистенциальная антропология и персоналистическая метапсихология»)
«Мы, дети ХХ века, очень преуспели в размышлениях и абсолютно не способны любить себя и других». (Антонио Меркурио. «Экзистенциальная антропология и персоналистическая метапсихология»)
«Представим себе пару, которая … после … ссоры … ищет примирения в спальне. Они сильно рискуют создать существо, предрасположенное к похоти и насилию … С другой стороны, рассмотрим пару, которая вступает в половой контакт, испытывая глубокое чувство любви друг к другу… Данная пара имеет все шансы на рождение ребенка, не обладающего пороками». — Андре Бертин. Воспитание в утробе матери, или рассказ об упущенных возможностях.
Увлеченность — это озабоченность, воодушевление, заинтересованность, вдохновение, живинка, энтузиазм. Увлеченность указывает на тот факт, что без эмоциональной окраски (чувств, ощущений, эмоций, переживаний, духовности, одобрительного поведения и приподнятого настроения) любовь невозможна.
Страсть Герострата к увековечиванию своего имени — это чувства и действия раба (раба по сути, а не по статусу), никакого отношения к любви не имеющие.
Другими компонентами любви являются: знание, ответственность, забота, уважение.
Знание необходимо, ибо его противоположность — невежество порождает трагедии, уносящие миллионы жизней. Знание без увлеченности бесплодно. Любовь без знания принято также называть слепой любовью (например, любовь грудничка к матери). Взросление среди людей любящих, как правило, со временем делает человека тоже любящим.
Ответственность — это добровольный акт, означающий способность и готовность субъекта отвечать на потребности объекта любви. Безответственность — это равнодушие, инфантилизм, безразличие. Безответственное поведение, как правило, ведет к непредсказуемым, зачастую трагическим событиям.
Взрослый, любящий человек берет на себя ответственность за душевное состояние любимого и любящего себя человека. Забота — действия направленные на благо объекта любви. Забота — это опека, внимание, предупредительность, бережность, рачительность, проникновение в суть вещей. Без этого элемента любовь мертва.
Уважение — признание прав объекта на существование, рост и развитие. Уважение подразумевает отсутствие эксплуатации, зависимости. Без этого компонента любовь вырождается в главенство и привилегии. Несвобода и инфантильность Ромео и Джульетты описана в «печальной повести» Шекспира. В сексе отсутствие уважения выражается в мазохизме и садизме.
«Но когда мы говорим, что человек ответствен, то это не означает, что он ответствен только за свою индивидуальность. Он отвечает за всех людей. … Я ответствен, таким образом, за себя самого и за всех и создаю определенный образ человека, который выбираю, выбирая себя, я выбираю человека вообще». Жан-Поль Сартр. «Экзистенциализм — это гуманизм».
Мастеру созидания известно, что искусство подчиняется парадоксальной логике, а потому любые догматы здесь могут быть взяты на вооружение «слугами сатаны». «Время разбрасывать камни и время собирать камни». Так утверждает Мастер. Но для неискушенной души должны быть ориентиры. Вот некоторые:
«Любовь это не развлечение — это Счастье, заработанное тяжким трудом… И самое главное в ней, не то, чтобы ТЕБЯ ЛЮБИЛИ, а чтобы ТЫ САМ ЛЮБИЛ…» Андрей Геннадиевич Шалыгин «О Любви»
«Обязанность без любви порождает раздражительность.
Ответственность без любви порождает бесцеремонность.
Справедливость без любви порождает жестокость.
Правда без любви порождает критиканство.
Воспитание без любви порождает двуличность.
Ум без любви порождает хитрость.
Приветливость без любви порождает лицемерие.
Стремление к порядку без любви порождает придирчивость.
Компетентность без любви порождает неуступчивость.
Власть без любви порождает насилие.
Честь без любви порождает высокомерие.
Богатство без любви порождает жадность.
Вера без любви порождает фанатизм».
Андрей Геннадиевич Шалыгин «О Любви»
Изучая феномен любви Э.Фромм анализирует его всесторонне. Для начала он указывает на проблему, стоящую перед каждым человеком: чувство одиночества и отчужденности, которое «… рождает тревогу, чувство беспомощности, неспособности владеть обстоятельствами, рождает состояние страха: мир может наступить на меня, а я при этом не в силах противостоять ему».(Э.Фромм. Искусство любить: Исследование природы любви. M., Педагогика, 1990 г. с. 23) «Осознание человеческой отдельности без воссоединения в любви — это источник стыда и в то же время это источник вины и тревоги. Таким образом, глубочайшую потребность человека составляет стремление покинуть тюрьму своего одиночества».(Там же с.24)
Преодоление отчужденности, решение проблемы человеческого существования — единение. Но не всякое: «Полное — в достижении межличностного единения, слияния своего „я“ и „я“ другого человека, то есть в любви».(Там же с.33) "Потребность в соединении с другим — как спасение от одиночества — тесно связана с желанием познать «тайну человека». (Там же с.45) «Любовь представляет собой активное проникновение в другого человека, когда жажда познания удовлетворяется благодаря единению».(Там же с.46) Любить в понимании Э.Фромма не так-то просто: «… любовь — искусство, такое же, как искусство жить. Если мы хотим научиться любить, мы должны поступать точно так же, как если бы мы хотели научиться любому другому искусству, скажем: музыке, живописи, столярному, врачебному или инженерному делу. Обучение искусству можно последовательно разделить на два этапа: первый — приобщение к теории, второй — овладение практикой».(Там же с.20)
Таким образом, "… любовь — это ориентация, которая может быть направлена на все, а не на что-то одно … ".(Там же с.62) Она может быть братской, материнской. Она может быть направлена и на другие объекты: на самого себя, на бога, а также на лицо противоположного пола. В последнем случае к ней может прибавляться половая страсть, которая является в любви приятным дополнением, но не основой.
Хотелось бы отметить, что серьезный ученый Э.Фромм не описывает любовь в виде внешней силы, подчиняющей себе человека. Не прибегает он и к мистическому влечению душ. Как и полагается настоящему ученому, он прежде всего ищет источник, причину возникновения любви, видя ее в стремлении к межличностному единению и познанию, а затем прослеживает процесс формирования поведения, направленного на достижение этих целей.
Фромм показывает, что любовь нужна не столько любимому, сколько любящему, как необходимость преодоления чувства одиночества и отчужденности, которое разрушительно действует на психику.
И все же великие Учители жизни отводили альтернативе «обладание или бытие» центральное место в своих системах. Как учит Будда, для того чтобы достичь наивысший ступени человеческого развития, мы не должны стремиться обладать имуществом. Иисус учит: «Ибо, кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее; а кто потеряет душу свою ради Меня, тот сбережет ее. Ибо что пользы человеку приобресть весь мир, а себя самого погубить, или повредить себе?» [Евангелие от Луки, IX, 24 — 25]. Согласно учению Майстера Экхарта, ничем не обладать и сделать свое существо открытым и «незаполненным», не позволить «я» встать на своем пути — есть условие обретения духовного богатства и духовной силы. По Марксу, роскошь — такой же порок, как и нищета; цель человека быть многим, а не обладать многим.
Э.Фромм. Иметь или быть.
Отношение же Басе и Гете к цветку выражает принцип бытия. Под бытием я понимаю такой способ существования, при котором человек и не имеет ничего, и не жаждет иметь что-либо, но счастлив, продуктивно использует свои способности, пребывает в единении со всем миром. Гете, безмерно влюбленный в жизнь, один из выдающихся борцов против одностороннего и механистического подхода к человеку, во многих своих стихотворениях выразил свое предпочтительное отношение к бытию, а не к обладанию. Его «Фауст» — это яркое описание конфликта между бытием и обладанием (олицетворением последнего выступает Мефистофель). В небольшом стихотворении «Собственность» Гете с величайшей простотой говорит о ценности бытия:
Я знаю, не дано ничем мне обладать,
Моя — лишь мысль, ее не удержать,
Когда в душе ей суждено родиться,
И миг счастливый — тоже мой,
Он благосклонною судьбой
Мне послан, чтоб сполна им насладиться.
Дело не в том, что (как полагал Юнг) западный человек не может до конца постичь философские системы Востока, например дзэн-буддизм, а в том, что современный человек не может понять дух общества, которое не ориентировано на собственность и алчность.
ИДИОМАТИЧЕСКИЕ ИЗМЕНЕНИЯ
Некоторое изменение смыслового значения понятий «бытие» и «обладание» нашло в последние несколько столетий отражение в западных языках и выразилось во все большем использовании для их обозначения существительных и все меньшем --глаголов.
Существительное — это обозначение вещи. Я могу сказать, что обладаю вещами (имею вещи), например: у меня есть [я имею] стол, дом, книга, автомобиль. Для обозначения действия или процесса служит глагол, например: я существую, я люблю, я желаю, я ненавижу и т. д. Однако все чаще действие выражается с помощью понятия обладания, иными словами, вместо глагола употребляется существительное. Однако подобное обозначение действия с помощью глагола «иметь» в сочетании с существительным является неправильным употреблением языка, так как процессами или действиями владеть нельзя, их можно только осуществлять или испытывать.
Любовь также имеет два разных значения в зависимости от того, имеем ли мы в виду любовь по принципу обладания или бытия.
Может ли человек иметь любовь? Будь это возможно, любовь должна была бы существовать в виде какой-то вещи, субстанции, которой человек может владеть и обладать как собственностью. Но дело в том, что такой вещи, как «любовь», не существует. «Любовь» — это абстракция; может быть, это какое-то неземное существо или богиня, хотя никому еще не удавалось увидеть эту богиню воочию. В действительности же существует лишь акт любви. Любить — это форма продуктивной деятельности. Она предполагает проявление интереса и заботы, познание, душевный отклик, изъявление чувств, наслаждение и может быть направлена на человека, дерево, картину, идею. Она возбуждает и усиливает ощущение полноты жизни. Это процесс самообновления и самообогащения.
Если человек испытывает любовь по принципу обладания, то это означает, что он стремится лишить объект своей «любви» свободы и держать его под контролем. Такая любовь не дарует жизнь, а подавляет, губит, душит, убивает ее.
…почему же европейцы и американцы не откажутся открыто от христианства как от религии, не соответствующей нашему времени? … И все же я верю, что людям присуща столь глубокая потребность в любви, что, когда они ведут себя как волки, это обязательно вызывает у них чувство вины. Наша мнимая вера в любовь в какой-то степени притупляет в нас боль от бессознательного чувства вины за то, что мы живем без любви.
Иными словами, для Фрейда личность, ориентированная в своих интересах исключительно на обладание и владение, — это невротическая, больная личность; следовательно, из этого можно сделать вывод, что общество, в котором большинство его членов обладают анальным характером, является больным обществом.
…примерно за 500 лет до появления Христа, в великих религиозных системах Индии, Греции, Палестины, Персии и Китая начала приобретать новое, более совершенное выражение идея единства человечества и объединяющего духовного принципа, лежащего в основе реальности. Лао-цзы, Будда, Исайя, Гераклит и Сократ, а затем на палестинской земле Иисус и его апостолы, в Америке — Кетцалькоатль, а позже на арабской земле Мухаммед проповедовали идею единства человека, разума, любви и справедливости как целей, к которым должен стремиться человек.
«Любовь не является результатом адекватного сексуального удовлетворения, сексуальное счастье — даже знание так называемой сексуальной техники — это результат любви»[3].
«Объективное наблюдение за нашей западной жизнью не вызывает сомнения, что любовь — братская любовь, материнская любовь и эротическая любовь, это относительно редкое явление, и их место занято неким количеством разных форм псевдолюбви, которые, на деле, являются многочисленными формами разложения любви»[3].
«Форма псевдолюбви, которая нередко встречается и часто воспринимается (а еще чаще изображается в кинокартинах и романах) как „великая любовь“, это любовь-поклонение. Если человек не достиг уровня, на котором он обретает чувство аутентичности, собственного „я“, благодаря продуктивной реализации своих собственных возможностей, он имеет склонность „поклоняться“ любимому человеку»[3].
«Любовь, как взаимное сексуальное удовлетворение, или любовь, как „слаженная работа“ и убежище от одиночества это две „нормальные“ формы разложения любви в современном западном обществе, социально моделированной патологии любви»[3].
«Если любовь это способность зрелого, созидательного характера, то отсюда следует, что способность любить у индивида, живущего в какой-либо определенной культуре, зависит от влияния этой культуры на характер обычного человека»[3].
«Первый шаг, который необходимо сделать, это осознать, что любовь — это искусство, такое же, как искусство жить: если мы хотим научиться любить, мы должны поступать точно так же, как нам предстоит поступать, когда мы хотим научиться любому другому искусству, скажем, музыке, живописи, столярному делу, врачебному или инженерному искусству»[3].
«Прежде всего, практика любого искусства требует дисциплины»[3].
Симбиоз в мире живых существ имеет следующие формы: мутуализм (+,+) (взаимопомощь, кооперация, в том числе облигатная кооперация, когда партнеры не могут существовать друг без друга); комменсализм (+,0) (в том числе форезия); паразитизм (+,-)(в самом широком смысле); нейтрализм (0,0)(нейтралитет, безразличие); аменсализм (0,-)(ненамеренное притеснение); конкуренция (-,-)(борьба за жизненно важные ресурсы). Андрей Лобанов. «Симбиотические связи».
«Любить — значит проявлять собственную силу любви, любить кого-то — это актуализация и сосредоточение этой силы на одном человеке. Неверно, как представляет это идея романтической любви, что в мире существует лишь один человек, которого можно любить, и величайшая удача всей жизни — найти этого единственного человека. Неверно, что если такой человек найдется, то любовь к нему (или к ней) требует отказа от любви к другим людям. Любовь, испытываемая только к одному человеку, самим своим фактом доказывает, что это не любовь, а симбиотический союз. Утверждающая сила любви в том, что в любимом человеке мы видим воплощение истинно человеческих качеств. Любовь к одному человеку предполагает любовь к человеку, как таковому. То, что Уильям Джемс называет „разделением труда“, когда человек любит свою семью, а остальных воспринимает как „чужих“,- это признак глубинной неспособности любить. Любовь к людям — не абстракция, как часто полагают, следующая за любовью к отдельному человеку, а предпосылка такой индивидуальной любви, хотя она и достигается любовью к отдельным индивидам» Эрих Фромм. «Человек для себя».
«Широко распространено убеждение, что радость и счастье идентичны счастью в любви. Более того, многим людям любовь представляется единственным источником счастья. Однако в